Россия все чаще ощущает на себе последствия украинских ударов по стратегическим объектам, а потери на фронте создают для Кремля новые проблемы. В то же время Москва расширяет гибридную войну против стран НАТО и развивает спутниковые технологии, которые могут представлять угрозу для Украины и Запада.
О последствиях атак на российские НПЗ, ситуации на фронте, опасности спутниковой системы «Рассвет» и новых методах гибридных атак Кремля в эксклюзивном интервью для 24 Канала рассказал военнослужащий Сил ТрО ВСУ, военный эксперт Александр Мусиенко.
Удары по российским НПЗ и 35% потери нефтепереработки
За 17 дней Украина совершила атаки на 11 российских НПЗ, а нефтепереработка могла сократиться почти на треть. Некоторые аналитики говорят, что это 0,5% от российского ВВП, но Украина продолжает наносить удары. Давайте попробуем подвести итоги этих ударов?
Во-первых, я думаю, что мы должны исходить из нынешней активизации. Мы видим, что сейчас наблюдается довольно значительная активизация, интенсивность и частота ударов поддерживается на очень высоком уровне. Это приводит к тому, что сейчас мы оцениваем, что около 35 % российской нефтепереработки уже вышло из строя, и это буквально за месяц.
За месяц это довольно высокий результат. Что это означает? Это означает, что Россия теряет доход. Это означает, что дефицит российского бюджета в конце года только увеличивается и будет увеличиваться.
Это означает, что Россия вынуждена перестраивать свои процессы таким образом, почему она, откровенно говоря, не готовилась. Ведь на протяжении всей истории России, в том числе и после распада Советского Союза, все строилось на том, что нефти достаточно, газа достаточно, и они продавали нефть или перерабатывали нефть и продавали бензин, дизельное топливо или авиационное топливо. То же самое касается транспортировки газа.
Сейчас многое из этого нарушено. То есть фактически российская экономика, особенно нефтяная отрасль, вынуждена перестраиваться.
Перестраиваться как? Фактически так, что, во-первых, нефть не перерабатывается. Это означает, что доходы компаний «Роснефть» и «Лукойл» в первую очередь сокращаются.
Они напрямую влияют на объемы переработки нефти. Из-за этого Россия вынуждена замораживать контракты на экспорт дизельного топлива и бензина, а также внутренние контракты, по которым должна обеспечивать топливом собственный рынок.
Помимо убытков от ударов, Россия теперь вынуждена импортировать топливо, что создает дополнительную финансовую нагрузку. К тому же, как выясняется, оно далеко не всегда качественное. Это подтверждают данные Главного управления разведки Министерства обороны Украины.
В ГУР связывают с использованием некачественного топлива авиационные катастрофы и инциденты, в частности падение стратегического бомбардировщика Ту-95, а также случаи с Су-34 и даже Су-57 в Ахтубинске, который прошлой ночью подвергся атаке Силами обороны Украины.
К слову, по данным ГУР, Россия вынуждена импортировать авиационное топливо из-за проблем в собственной нефтеперерабатывающей отрасли. В частности, 29 октября на военном аэродроме «Ахтубинск» во время запуска двигателей произошел взорвался и полностью сгорел истребитель Су-57, стоимостью около 150 миллионов долларов. В разведке обратили внимание на возможную связь этого инцидента с использованием некачественного импортного топлива.
Проблема заключается в том, что Россия вынуждена импортировать топливо из третьих стран, качество которого не всегда соответствует необходимым требованиям. Удары УГО негативно сказываются не только на нефтепереработке, но и на нефтехимической отрасли России. Это также важный элемент ее экономики и военно-промышленного комплекса.
Речь идет не только о нефтеперерабатывающих заводах, но и о нефтехимических предприятиях в Воронеже, Тольятти, Омске и Нижнекамске. Там расположены важные производства, в частности синтетического и других видов каучука. Эта продукция используется прежде всего для производства ракетного топлива, в частности для ракет «Искандер», «Калибр», С-300 и С-400.
Кроме того, она необходима для самолетостроения, производства дронов и другой военной техники. В этих процессах также используют нефть в качестве сырья и продукты ее переработки. И здесь Россия тоже сталкивается с проблемами.
Стоит учитывать, что нефтехимическая отрасль является важной частью российской экономики. Россия финансирует войну против Украины преимущественно из собственного бюджета, используя имеющиеся внутренние ресурсы. Поэтому сокращение доходов бюджета и увеличение его дефицита напрямую ограничивают возможности Кремля финансировать военно-промышленный комплекс. А это, как следствие, влияет и на способность России продолжать войну против Украины.
Колоссальные потери российской армии и замедление штурмов
В октябре российская армия потеряла около 54 тысяч военных убитыми и ранеными. Если попытаться визуализировать статистику штурмов, атак и потерь, как бы вы описали то, что происходит на фронте в течение последних месяцев?
Мы фиксируем определенное снижение темпов и интенсивности наступательных действий, а также количества штурмов со стороны врага. Это связано со значительными потерями, из-за которых агрессору требуется перегруппировка. Россияне ищут варианты, как восстановить силы.
Кроме того, погодные условия местами играют на руку врагу. Россияне используют туман, морось и другие погодные явления, чтобы под их прикрытием проводить штурмы.
Это, в частности, подтверждает ситуация в районе Доброполья, где противник пытается задействовать даже технику.
В то же время общие темпы наступления действительно снижаются, и мы это уже фиксируем. Причина – колоссальные потери, которых враг реально не ожидал. И они будут расти и дальше.
Конечно, для нас самоцелью не является просто увеличение количества потерь противника. Наша задача – добиться остановки штурмовых действий, когда у врага фактически уже не будет кем их проводить.
На некоторых участках фронта уже заметно значительное ослабление противника. Россияне задействуют лишь несколько сотен пехотинцев, которыми пытаются проводить штурмы, но уже видно, что они истощаются. Враг пытается переждать этот период, рассчитывая на прибытие пополнения, перегруппировку и проведение ротации. После этого он надеется вновь перейти в наступление новыми волнами.
Если оценивать темпы продвижения, потери противника и территории, которые удается освобождать Силам обороны, то тенденции для врага сейчас негативные. Однако это еще не привело к полной остановке его продвижения и возможностей проводить штурмовые действия.
Наша цель – благодаря увеличению потерь и расширению возможностей для нанесения ударов по вражеской логистике остановить наступательный потенциал противника.
Ведь потери растут также из-за эффективных ударов по логистике. Тыловое обеспечение не успевает за потребностями подразделений на передовой: россиянам не удается вовремя подвозить пополнение, боеприпасы и другие необходимые ресурсы. Из-за этого возникают проблемы, которые в конечном итоге приводят к увеличению потерь.
Мы видим, что такие удары постепенно распространяются. Если говорить о юге Украины, то атаки уже выходят за пределы оккупированных территорий и доходят до Ростовской области России. Особенно это касается блокирования логистики на трассе 280, но не только ее.
Спутниковая система «Рассвет» и новые угрозы для Украины
В Telegram-каналах сегодня активно обсуждают спутниковую систему «Рассвет». В частности, командир бригады К2 Кирилл Верес заявил, что ее запуск может иметь очень серьезные последствия для Украины. Напомните, что это за система, как она работает и какую угрозу представляет? Насколько вы разделяете оценку Кирилла Вереса?
Россия внедряет систему «Рассвет», однако испытывает определенные затруднения с ее реализацией и отстает от запланированных сроков. Это система спутниковой связи и координации, которая должна обеспечить противнику возможность практически в режиме реального времени наблюдать за ситуацией.
Во-первых, речь идет о дополнительных разведывательных возможностях. Во-вторых, и это самое важное, – обеспечение связи, передачи данных и обмена информацией. Это необходимо для ведения разведки, атак беспилотниками, мониторинга ситуации в Украине и координации действий российских подразделений.
Такая система улучшит ситуационную осведомленность российских военных и обмен информацией между подразделениями и штабами. Это может повысить эффективность российских атак, прежде всего с применением дронов. Именно в этом заключается наибольшая угроза.
В настоящее время Россия пытается реализовать этот проект, но отстает от графика. Буквально недавно один из спутников потерял управляемость и сгорел в плотных слоях атмосферы. Подобные случаи также фиксируются.
Кроме того, принимаются меры, чтобы ограничить возможности России по выводу этих спутников на орбиту. В этом году были нанесены удары по заводу, производящему ракеты-носители «Союз-2», предназначенные для вывода спутников «Рассвет». Также были попытки атаки на бюро 1440 в Московском регионе, которое отвечает за разработку этой системы.
Думаю, мы и в дальнейшем будем наблюдать соответствующую работу. Силы обороны пытаются срывать эти планы и не позволять России достичь запланированных показателей. Никто не сидит сложа руки и не наблюдает за этим.
Может ли запуск системы «Рассвет» стать стратегическим переломом в войне? Ведь мы слышим, в частности от Валерия Залужного, что из-за развития разведки и различных технологий добиться стратегического прорыва на поле боя сейчас очень сложно. Если Россия реализует этот проект, насколько это изменит ситуацию для Украины?
Это улучшит связь и повысит эффективность российских ударов. Но приведет ли это к стратегическому перелому в войне? Не думаю. Для стратегического перелома нужен целый комплекс сил и средств.
Мы видим, что Россия и без спутников «Рассвет» усовершенствовала тактику атак, а мы, со своей стороны, адаптировались. Если появится «Рассвет», будем снова адаптироваться. Хотя я сомневаюсь, что россияне успеют вывести на орбиту необходимое количество спутников. Но если попробуют, нам придется искать новые решения.
Напомним, что российская спутниковая связь потенциально позволит управлять «Шахедами», разведывательными беспилотниками и ракетами в режиме реального времени. Это может снизить эффективность украинских средств радиоэлектронной борьбы, которые сейчас нарушают каналы управления дронами.По оценке Сергея «Флэша» Бескрестнова, для полноценного покрытия требуется не менее 200–250 спутников.
Война – это постоянное противостояние и адаптация. Придется искать способы подавления сигнала противника, развивать собственные средства радиоэлектронной борьбы и усиливать возможности противовоздушной обороны.
Например, для нашей боевой авиации принципиально не изменится задача по уничтожению вражеских дронов. Независимо от того, управляются ли они через «Рассвет» или через другую систему, наши пилоты должны их обнаруживать и сбивать. Сейчас боевая авиация выполняет значительную часть задач по противодействию, в частности, реактивным беспилотникам.
Что касается фронта, то на тактическом уровне противник действительно может получить дополнительные преимущества. Это реальная угроза, которую не стоит преуменьшать. В то же время я не думаю, что системы радиоэлектронной борьбы будут неуязвимы.
Украина также использует различные средства связи, в частности Starlink. Но являются ли эти системы абсолютно защищенными от воздействия РЭБ? Нет. Постоянно ведется работа над тем, чтобы сделать их менее уязвимыми. Поэтому «Рассвет» может усилить потенциал российской армии и несколько увеличить угрозы для Украины. Но утверждать, что эта система сразу обеспечит России стратегический перелом и полностью изменит ход войны, я бы не стал.
Гибридные атаки России в Европе и реакция НАТО
Россия все чаще прибегает к диверсионным атакам в странах Европы и НАТО. Эстония, в частности, планирует с 1 декабря закрыть все пропускные пункты на границе с Россией из-за диверсий, за которыми стоит российское ГРУ. Насколько растут масштаб и дерзость таких операций? И не получается ли так, что пока США пытаются усадить Европу за стол переговоров с Россией, Кремль продолжает расшатывать НАТО и готовиться к более масштабному противостоянию с Европой?
Мы видим, что общая тенденция заключается в том, что Европа будет вооружаться, милитаризироваться и продолжать помогать Украине. Сейчас существует два кардинально разных подхода к переговорам. Россия выдвигает ультиматумы, но никто не собирается их выполнять, поскольку это противоречит интересам европейских стран в сфере безопасности.
Несмотря на различные политические заявления, даже если в Европе произойдут серьезные политические изменения, на первый план все равно будут выходить государственные интересы.
Кстати, я не верю в ультраправый переворот в Европе. Зная европейскую историю, я скорее допускаю усиление левых сил. Но независимо от политических изменений интересы безопасности будут оставаться определяющими. Что происходит сейчас, это подтверждает.
Bloomberg со ссылкой на высокопоставленных чиновников Пентагона и командование силами НАТО в Европе сообщает, что даже если США сократят военное присутствие в Европе, то лишь на 5 тысяч военнослужащих, а не на 25 тысяч, как обсуждалось ранее.
Кроме того, дополнительные американские войска могут быть передислоцированы в Центральную Европу и на восточный фланг НАТО, в частности в Румынию и Польшу. Это прямо противоречит требованиям и ультиматумам Кремля. Также растут объемы производства вооружений и инвестиции в оборонную промышленность.
Германия буквально на этой неделе изменила законодательство, расширив полномочия своих спецслужб и контрразведки BND для противодействия внешним и гибридным угрозам со стороны России. Страны восточного фланга НАТО также укрепляют оборону, осознавая существующие вызовы.
Если говорить о цифрах, то, по имеющимся подсчетам, по сравнению с 2023 годом количество гибридных атак и инцидентов, связанных с диверсиями, терактами, поджогами, провокациями и информационно-психологическими операциями, к которым может быть причастна Россия, выросло почти в восемь раз.
Только за период до октября этого года было зафиксировано 159 гибридных инцидентов. И это без учета кибератак и информационных спецопераций. Кроме того, 91 раз самолеты и беспилотники нарушали воздушное пространство стран НАТО. Это также свидетельствует о росте активности России. Речь идет о статистике за неполный год.
Что касается Эстонии, то в течение последних трех-четырех месяцев там произошли две подобные атаки. 15 августа была совершена диверсия на предприятии Milrem Robotics, производящем беспилотники, в том числе наземные. А 14 ноября была проведена атака на завод по производству БПЛА Sot Systems.
Эта попытка диверсии, в частности поджога, оказалась неудачной. Эстонская разведка заявляет, что располагает доказательствами причастности к ней российского ГРУ. Об этом также сообщает прокуратура страны. Именно из-за нагнетания ситуации и угрозы новых диверсий Эстония планирует закрыть границу с Россией.
Если говорить о других странах, то 15 ноября были осуществлены атаки на два гражданских судна в исключительной экономической зоне Румынии. Подобные случаи ранее неоднократно фиксировались в Болгарии. Осенью там произошло как минимум две атаки на предприятия оборонно-промышленного комплекса.
Кремль пытается действовать на обширном географическом пространстве. Прежде всего его интересуют оборонные предприятия, которые сотрудничают с Украиной или производят продукцию для ее нужд. Россия пытается срывать поставки, задерживать производство и препятствовать выполнению оборонных заказов.
Цель таких операций – прежде всего ослабить поддержку Украины. С одной стороны, Кремль пытается сорвать работу оборонных предприятий и показать, что инвестиции в оборонную промышленность даже на территории ЕС и НАТО являются опасными. С другой – помешать логистике уже изготовленного вооружения, которое должно поступать в Украину.
Кроме того, Россия стремится ухудшить ситуацию с безопасностью в европейских странах. По замыслу Кремля, это должно увеличить количество политических сил, которые будут выступать за сокращение помощи Украине из-за угрозы российских диверсий.
Однако реакция Европы вовсе не свидетельствует о готовности выполнять ультиматумы Путина, разоружаться или соглашаться на вывод американских войск с восточного фланга НАТО. Есть две важные причины.
Во-первых, европейские страны увидели, что Россия не настолько сильна, как ее считали раньше. Оказалось, что с ней можно воевать, ее можно сдерживать и останавливать.
Во-вторых, после нескольких лет полномасштабной войны Россия сама значительно ослабла. Поэтому непонятно, почему Европа должна выполнять ее ультиматумы.
Это принципиально отличается от ситуации в декабре 2021 года, когда Кремль впервые выдвинул требования к США и Европе относительно архитектуры безопасности. Тогда многие западные аналитики считали, что Путин не решится на полномасштабное вторжение из-за угрозы санкций. Но он решился.
Также тогдашние аналитические прогнозы в основном предсказывали быструю войну в случае нападения России на Украину. А что касается возможного наступления на восточный фланг НАТО, в частности на страны Балтии, во многих исследованиях моделировали быстрый захват этих территорий Россией.
Сейчас таких прогнозов значительно меньше. Уже никто не может столь уверенно утверждать, что Россия быстро захватит Прибалтику или что реакция НАТО будет недостаточной. То, как Россия увязла в войне против Украины, существенно изменило оценки ее военных возможностей и угроз для Европы.
Это интервью было сокращено, исправлено и отредактировано для лучшего понимания аудиторией.