Переговоры, которые должны приблизить завершение войны, все больше напоминают политический спектакль, в котором Россия получает время и новые возможности для давления на Украину. Пока Дональд Трамп пытается договориться с Кремлем, Владимир Путин не отказывается от своих максималистских требований и использует дипломатию как продолжение войны другими средствами.
Политолог Олег Саакян в эксклюзивном интервью 24 Каналу объяснил, почему Россия действительно не заинтересована в мирных договоренностях, как Кремль пытается использовать переговорный процесс для сближения с США и почему экономическое сотрудничество Вашингтона и Москвы вряд ли будет иметь перспективы. Также поговорили о возможных последствиях промежуточных выборов в США, потенциальных встречах Трампа с Путиным и Зеленским, будущей архитектуре европейской безопасности и рисках для Украины, если войну попытаются завершить без реальных гарантий защиты. Больше – в материале.
Почему Кремль имитирует переговоры
После продолжительной паузы Путин соглашается возобновить переговоры. Что изменилось в его расчетах? Он увидел возможность получить больше переговорного трека, чем на поле боя, или что-то другое?
Нет. Россия возобновляет переговорный процесс не как процесс договоренностей, а как процесс затягивания .
Здесь нужно отойти на два шага назад. Понять, что в российской дипломатической школе есть большая милитаристская компонента. Россияне превращают все в оружие. Спорт в погонах, дипломатия, балет, искусство туда же. Все это в шутках описывается как «торчащие погоны» или «товарищей» майор. Неважно, в пачке он находится либо с дирижерским указанием, либо в данном случае с дипломатическим кейсом в руках.
Для россиян дипломатия идет только рядом с армией. Ее задача создавать лучшие условия для реализации армией ее операций.
Вопрос: Россия отказалась от своих агрессивных амбиций? Нет. Россия признала, что она не может добиться военным путем результатов? Нет. Россия, возможно, настолько уж под проблемами, что она сама просит переговоров и готова за это что-нибудь предлагать? Нет.
Окей, можно сказать, что по этим вопросам у нас нет точного утвердительного ответа. Мы можем только предполагать. Но тогда предлагаю один индикатор: идет ли Россия сейчас на уступки для того, чтобы переговоры состоялись, или нет? Трамп пошел на уступки за совершенно ничего со стороны России.
Поэтому для России, конечно, такие переговоры выгодны тем, что они позволяют улучшить контекст на фронте. У них нет успехов. А взять и связать Украину по рукам с тем, чтобы мы не били по НПЗ, с тем, чтобы дальше Украина пошла на какие-то разведения там, где это для Украины невыгодно, или Штаты давили, а Украина была вынуждена отказываться от этого и, возможно, нас лишали еще чего-то. Как минимум, не наращивали давление по России, не наращивали оружейную поддержку Украины.
Будет ли это дополнительно создавать проблемы в Европе со Штатами, потому что будет ссорить и противопоставлять европейский интерес безопасности и американское желание договориться здесь и сейчас.
Третий момент – это то, что связывает руки для того, чтобы вести экономическое сотрудничество со Штатами. Да, в малых формах, да, в скрытых, возможно, формах, но тем не менее это создает пространство, в котором можно под видом переговоров по поводу российско-украинской войны и исключительно ради завершения войны с гуманитарными целями, например, возобновить поставки газа. К примеру, еще что-то сделать, где теперь на вентиле будут сидеть Россия со Штатами вместе.
Это представляется, мне кажется, американской командой и российской. Поэтому Путин пока, входя в имитацию переговорного процесса, ничего не теряет. Он лишь приобретает себе дополнительные рычаги, которыми можно либо сильно повлиять, либо не сильно. Может, вообще ими повлиять особо не удастся, но как минимум он сожжет время, в которое могло бы усиливаться поддержка Украины и усиливаться давление на Россию.
Поэтому, возвращаясь к прямому ответу на вопрос, сегодня это не о переговорах. Сегодня это о дипломатических маневрах со стороны россиян для того, чтобы обеспечить для себя лучшие возможности на фронте.
А для Украины это вынужденное участие в этом театре абсурда , чтобы не допустить ухудшения для нас ситуации. Потому что Трампа сколько ни корми, он все равно на Москву смотрит. Он охотно любую ответственность возложит на Украину и при этом до последнего момента, и даже после него будет оправдывать Путина. Чтобы на каждого человека ее влюбленная вторая половинка смотрела так, как Трамп на Путина, и шла на такие уступки.
Интервью с Олегом Саакяном: смотрите видео
Несколько месяцев назад публично и Путин, и Лавров, и вообще российская верхушка демонстративно вышли из переговорного процесса. Они тогда заявили, что будут готовы возобновить переговорный процесс только после того, как украинская сторона выведет свои войска из Донбасса или даже из Херсонской и Запорожской. Зачем тогда был этот шаг, чтобы сейчас возвратиться?
Американцы разучились в администрации Трампа играть в плохого и хорошего полицейского. А россияне отлично умеют.
Есть кентавр, получеловек, полулошадь. Там верхняя часть человеческого облика, а нижняя лошадиная. Так вот, а есть Лавров. Он произносит обычно всякие ужасные ястребиные речи. А после чего приезжал Дмитриев с очередным предложением, с очередным «ноликом в чеке», который могут получить, если будут помогать России сотрудничать. И там на триллионы долларов какие-то проекты: освоение космоса, строительство тоннелей на Аляску и куча всего.
Классическая игра: плохой, и он поднимает ставки, а потом хороший. Причем Дмитриев несколько раз разыгрывал карту в переговорах с Виткоффом и Кушнером того, что дайте мне что-то, мне нужна какая-то победа, которую я приеду и положу шефу на стол Путину, иначе придет Лавров, а Лавров уже ему уши надувает, что надо снова ядеркой махать.
Я уверен, что Лавров далеко не столь недоговороспособный и ястребиный, какая роль ему сейчас отведена. А Дмитриев далеко не настолько пайка и мальчик, который так ратует за мир и просто готов к набитым ногам мотаться между Россией и Штатами, чтобы только завершить войну.
Это игра классическая, понятная, очень примитивная и простая . Приблизительно такая же примитивная, как и Трамп, поэтому оно и действует.
Почему у сотрудничества Кремля и Вашингтона нет перспектив
Как далеко может зайти экономическое сотрудничество России и Соединенных Штатов Америки?
Недалеко. Сотрудничество Штатов и России не имеет никаких серьезных перспектив .
Если мы возьмем по сферам, например газ, нефть, то, что Трамп очень хотел. Опросы еще на старте всей этой истории более года назад американских компаний, проводившихся их бизнес-ассоциациями, показали результат. Никто из американских компаний не готов входить в Россию с проектами в углеводороде.
Почему? Потому что мир трещит по швам. Ибо они зайдут снова с большими инвестициями и их снова бросят. Послезавтра великая война. Все прекрасно понимают, что Россия будет так или иначе стагнировать. Это займет год, два, пять, но это не займет десятилетия или столетия.
Соответственно, какие-либо длинные деньги пока не зайдут в Россию, если мы говорим об углеводороде. Плюс стагнирующий запрос на углеводороды в мире, особенно из России. Соответственно, зачем это делать? Чтобы попасть еще и в зависимость от Китая, который будет закупать или не будет закупать у вас это?
Потому что Европа постепенно отказывается. В будущем после запуска дополнительной добычи Турцией, Кипром, на средиземноморском шельфе плюс Норвегия, которая также не лишает добычи, собственно европейское потребление будет падать. Потому никакого интереса в этом нет.
Окей вкладывать в строительство. Очень смешно. В Россию строительство. Где? Куда? Что строить в условиях военной экономики, из которой Россия еще долго будет выходить? Чувственно понимаю, что нет. Позже, возможно, да. Очень на короткой дистанции с короткими деньгами. Когда завели, через год вывели.
Поэтому никаких очередей в Америке бизнеса, готового заходить в Россию, и близко нет. Уже не говоря о том, что часть компаний обязана на Европу и соответственно попасть под санкции, им очень не хотелось бы, потому что не американские санкции самые страшные с точки зрения глобального влияния, а именно европейские.
На сегодняшний день такова конъюнктура. И европейский рынок он гораздо больше, его потерять никто не хочет. И здесь политических рисков гораздо меньше. Поэтому даже при наличии сугубо европейских санкций и американских, представляем себе катастрофическую ситуацию, это, безусловно, повлияет, но не повлияет абсолютным образом.
Третий момент об их сотрудничестве. Государственное сотрудничество. Конгресс, американское общественное мнение. Кто из американских политиков пойдет на то, чтобы вопреки 90% американского общества идти на сотрудничество с Россией в условиях, когда нет мира, никаких позитивов, ничего не случается? Сейчас Трамп захотел поиграть в допуск российского дизеля на американский рынок. Результат электорален для него катастрофичен. Последствия уже сейчас фиксирует американская социология. Все.
А что Вэнс буквально на днях уже заявлял? Цены на нефть растут из-за Ирана. Ух ты ничего себе. Прозрение всего через неделю произошло. До этого оказывается из-за Украины и того, что Украина бомбит НПЗ. Украина не бомбит НПЗ. Корабли плывут в Соединенные Штаты с русским дизелем, а цены обновляют исторический максимум.
И приходится признавать реальность, потому что американский избиратель, он, как любой избиратель, любит, когда ему сладко по ушам проходят. Но он приезжает на заправочную станцию, и видит там ценник. И видит продолжение российско-украинской войны и понимает неадекватность этих заявлений. Поэтому здесь тоже пространства для сотрудничества нет.
А уж не говоря, например, о каких-то опосредованных проектах а-ля возобновления поставок газа в Европу с американским участием. Прямо разогнались и о стену головой ударились в Европе, чтобы допустить к контролю над собственной энергетической безопасностью не только Россию, но российско-американскую связь. Чтобы полностью забыть о своей субъектности.
Вспоминаем слова господина Борреля, экс-главы внешнеполитического ведомства ЕС, который возглавлял его в начале и на протяжении российского полномасштабного вторжения. И вот недавно, буквально год назад, изменился. Его системная речь на встрече министров иностранных дел Европейского Союза, как правило, это закрытые встречи, закрытые речи, но в тот раз она была опубликована.
Он сказал, что времена, когда европейское благосостояние основывалось на дешевых энергоносителях из России, дешевых товарах и производстве из Китая и делегировании безопасности Соединенным Штатам, закончились. Такое благосостояние обходится слишком дорого для Европы.
Как ты оцениваешь фактор потенциального соглашения по «Лукойлу»?
Это исключительно бизнес, коррупционный «межсобойчик», где решили быстренько «подернуть», подкупить.
Россияне не меняют методики. А для чего их поменять, если они работают? Это классический подкуп. Не только через арабские фонды это делать. Можно еще напрямую через допуски к компаниям. Думаю, что не получится. Действительно. Не получится.
Какие 2 сценария возможны после выборов в США
Если мы говорим о факторе выборов, точнее результатов выборов. Что происходит в переговорном треке, в отношениях Трампа и Путина, если обе палаты Конгресса выиграют демократы? И другой сценарий, если в верхней палате, в Сенате все-таки остается республиканское большинство?
Я думаю, что слишком большую ставку делают на результаты третьего числа победивших. Для Украины, безусловно, это очень важно, но далеко не настолько, насколько описывают.
Первый важный момент, по-моему, это чтобы вообще транзит власти нормально состоялся, чтобы результаты выборов были установлены, были признаны и чтобы Штаты не засосали в долгий политический кризис, причем, не дай Бог, кровавый, потому что оружия на руках много, потому что градус кипения велик. И этот сценарий, по-моему, первый к рассмотрению.
Что для Украины? Главное, чтобы разводные данные и вооружения поступали так же, как работал Starlink. Все. Это единственное, что у нас сейчас от Штатов, и это то, что критически для нас важно.
Это многое.
А остальное мы уже не получаем давно. Финансовой поддержки со стороны Соединенных Штатов нет. Трамп пришел, все программы по финансированию Украины закрыл, и соответственно, все это происходит сейчас исключительно европейцами и партнерами из других регионов, как Канадой, Японией, Австралией и т.д.
Второе. Вооружение, которое нам передавали из составов Пентагона или закупалось по программам прямой закупки для Украины, не закупается. Этого не происходит. Три. Какие-либо наращивания качества типов вооружения, передача Украине более новейших самолетов – ничего подобного не происходит.
То есть, абсолютно все ограничивается продажей вооружения. Поэтому эти вещи нужно, чтобы сохранились. В случае даже глубокого политического кризиса я не думаю, что кто-то их будет серьезно трогать. Особенно сейчас, когда Трамп попробовал и отгреб по полной, и он политически по этому, и Маск экономически, теряя целый ряд контрактов.
Поэтому я думаю, что риски этого, они были, но они минимизировались тем, что Трамп эту карту отыграл сейчас до того, как прошли выборы.
Два. Окей, сценарий: транзит проходит более-менее, не заходя в экстремальные ситуации, и сохраняют Сенат, проигрывают Палату представителей республиканцы. В таком случае сдерживающая смирительная рубашка на Трампе не сильно затянута. Соответственно, он может еще злоупотреблять своими правами по отношению к русско-украинской войне.
Проще говоря, у него останутся определенные возможности давления на Украину, которые он попытается разыграть, только откроется окно возможностей. Поэтому для нас ситуация более рискованная.
Окей, выиграют демократы обе палаты. В таком случае смирительная рубашка вокруг Трампа стягивается сильнее. Соответственно, риск негативов для нас меньше.
Но при обоих сценариях я не вижу гарантированного или существенного шанса на то, что Трамп резко прозреет, у него будет катарсис, не знаю, ему явление придет какое-то. И он резко захочет поддерживать Украину и размазать тонким слоем Путина. Не думаю. И у американских переговорщиков нет механизмов для того, чтобы Трампа по-серьезному заставить это делать.
Здесь все будет зависеть от того, какие бартеры будут проходить в американской политике, какой будет внутренняя электоральная ситуация, какой будет конъюнктура в отношениях с Китаем и с другими субъектами. Исходя из этого, Трампу будет сужаться коридор, который будет давить на него.
Но это Трамп. Трамп периодически делает автокатастрофические шаги. Взять сейчас остановить Украину поставки разводных данных и связь ограничить – это было просто взять и с двух ног прыгнуть с балкона о электоральный бетон.
И никакой выгоды от этого все понимали, что не будет. Это шаг, поражающий своей тупостью. И все же он его сделал. Сейчас выгребают все негативы. Ничего не дало абсолютно, кроме как проблем для Республиканской партии и усугубления ситуации для Трампа. Но он это сделал.
Потому сказать, что есть что-то гарантированное в американской политике? Нет, она сломалась. Эта машинка работает и периодически сбоит. Соответственно мы можем спрогнозировать, как она будет работать, но она может в любой момент взять и сбой дать. Вот вроде этого.
Поэтому когда поломан механизм, сказать точно, что вот придут демократы – будет да, придут республиканцы – будет да, нет, не работает. Поломанная политическая система.
Кому действительно выгодна встреча России, Китая и США
Хочу с тобой еще поговорить о двух потенциальных трехсторонних встречах. Первая – это Трамп, Путин и Зеленский. И вторая – это Трамп, Путин и Си Цзиньпин. Какую ты ставку делаешь, что такие встречи могут состояться? И если состоятся, что на них может быть решено?
Я скептически отношусь к возможности трехсторонней встречи Штаты, Россия, Китай. Такая встреча, может быть, и состоится, но с нулевым результатом. Скорее, не произойдет.
Состоится она или нет, будет зависеть от того, что Путин готов предложить Китаю и Штатам. Штатам окей, здесь все ясно. Но что предложить Китаю?
Если он отдаст глубоководные порты, например, в Арктике за это или еще большую скидку даст газ или что-то, это должно быть очень прикладное, очень рациональное, то Си Цзиньпин может пойти на то, чтобы встретиться на троих, чисто улыбнуться в камеру и помахать ручкой.
Никакой высокого уровня а-ля «Ялта 2.0». В этой ситуации я не вижу никакой выгоды для Китая. Какие темы глобальные, в которых вот реально сейчас там Китай заинтересован, Штаты заинтересованы? Это тема искусственного интеллекта, тема ядерки, тема Ирана и торговли.
По ядрышке. Китай против встречи на троих. Они не будут договариваться, потому что у Китая ядерный потенциал меньше, чем в России и Штатах. И они много раз отказывали.
Они не принимают участие в переговорах по разоружению и сдерживанию, потому что говорят: «Окей, вы свой уменьшите до нашего потенциала, тогда поговорим. Или мы нарастим свой к вашему, и тогда поговорим. А сейчас нас вытормозим, когда мы набираем силу, чтобы вам было легче, мы не соглашаемся». Поэтому на этот счет совместно не договорятся.
Искусственный интеллект – зачем Россия в этом процессе? Как договариваться по искусственному интеллекту, если там не будет Японии, если не будет Франции, если не будут других стран, у которых тоже есть уже свои суверенные системы, есть свои компании большие, которые на международном рынке искусственного интеллекта серьезно представлены?
Без Европейского Союза, являющегося ключевым на сегодняшний день трендсеттером в регулировании искусственного интеллекта и вообще цифрового пространства, говорить не о чем. А Россия там нанокарлик.
Третий момент. По Ирану. Китай провалился. Он ничего не смог сделать с тем, что блокируется Ормузский пролив. При том, что даже корабли туда подсылал поближе. Штаты провалились. Ничего не могут поделать с Ираном. Не удается.
Россияне играют, снабжая, покупая мизерную свою роль, но также не могут ни деблокировать, ни заблокировать, ни помочь, ни спасти. Российская ПВО над Ираном провалилась с треском. Не субъект.
Иран – это памятник недееспособности «великих государств» в том, чтобы что-то сделать. Об Иране стало понятно, что этот вот монополярный, двухполярный мир пошел ко дну.
Поэтому, возвращаясь к теме в целом этой встречи, ну какой, извините, Тегеран или Ялта? Когда они не могут принять какие-либо правила игры, которые директивны будут для других. Кому они их расскажут директивно? Индии? Что Штаты и Китай договорились, как теперь Индии в мировой политике быть и где ее место, и как играть.
Европейскому Союзу они это расскажут? Может быть, Пакистану с Турцией и арабами Новому Союзу это расскажут? Нет того мира, в котором можно было бы это сделать.
И потому интересно, что до Анкориджа договорить с Трампом, до Си Цзиньпина, их встреча с Путиным уже был десяток добрый во время полномасштабной войны, а к потенциальной встрече на троих они приходят в момент, когда того мира, в котором это имело большую значимость, где можно было сесть и перекроить мировую карту .
Он остался в постмодерне. Его нет ни социально, ни экономически, ни цифрово, ни политически, ни даже торгово. Без Европейского Союза, если говорить о интересующих Китай санкциях и большой торговле говорить ни о чем.
Поэтому российско-украинская война, при всем уважении к нам, не является тем вопросом, по которому есть консенсус у них троих и вообще что-то, по чему можно договориться. И в таком случае эта встреча необходима только Путину. Если Путин что-нибудь очень дорогое предложит, у него купят. Вернее, ему продадут эту встречу. Если Путин ничего дорогого не предлагает, то его не будет.
В любом случае ожидать, что эта встреча какой-то прорыв принесет, что там что-то договорятся, какой-нибудь big deal… Си Цзиньпин сейчас будет big deal заключать с Россией, которая его задний двор в кармане лежит у него? Это примерно, как вы будете обсуждать покупку новой квартиры с попугаем, который у вас на подоконнике сидит, и договариваться с ним, в какую квартиру вы переедете.
Или с Трампом, «хромой уткой», где он смотрит сейчас на Трампа через бинокль и думает, уж бежать ли эту утку брать или нет. Он уже ее охотился. Зачем? Я не знаю, откуда берут вдохновение и фантазию те, кто рассказывает сейчас о больших соглашениях крупных стран .
Нет уже ни больших соглашений, ни больших стран, а мир трещит по швам. И в ближайшее время никаких точек определенности от ядерных великих держав и в помине не будет.
Почему Зеленскому сейчас не стоит встречаться с Путиным
Вторая встреча. Веришь ли ты в то, что могут встретиться Трамп, Зеленский и Путин?
Еще меньше я верю во встречу Трампа, Зеленского и Путина. Зачем Путину встречаться с Зеленским? Я даже скажу грубее: зачем Зеленскому встречаться с Путиным?
Просто Зеленскому необходимо говорить о готовности такой встречи, чтобы этот аргумент не давать разыграть против нас. Но при этом Путин не заинтересован. Путин же говорит, что они воюют «великую войну». Для него Зеленского не должно существовать вообще. Как, собственно, и для Штатов. Также украинская субъектность она мешает. И прямо сейчас ее имя Зеленский.
Его личные персональные качества с этим довольно ярко резонируют. Мы постоянные выгодоприобретатели сильных сторон Зеленского, и при этом мы постоянные заложники его слабых сторон. И, к сожалению, в ситуации войны всегда роль фигуры приобретает дополнительный вес, а в условиях слабых институтов набирает чуть ли не абсолютный вес.
Поэтому у нас амортизаторов от персональных слабостей и изъянов Зеленского нет. Слава Богу, по крайней мере, позитивы имеем. И, соответственно, он сейчас раздражает.
О чем? Путин может встретиться только в том случае, если Украина готова капитулировать.
Да нам Соединенные Штаты, чтобы капитулировать, вообще не нужны. Мы не собирались, не собираемся и не будем этого делать. Это очевидно из сухих цифр, это очевидно по ситуации с фронта, это понятно по социологии внутренней, это понятно вообще по ситуации с безопасностью в Европе. Поэтому такова трехсторонняя встреча, она является лишь предметом разговора и дипломатических реваншей.
Ну просто когда сейчас снова развернулись, я бы назвал это, декорации переговорного процесса, то и Трамп в том числе и вообще в информационном пространстве начали появляться такие новости. Вот собственно поэтому я у тебя и спросил о потенциальной этой трехсторонней встрече.
С самого момента прихода Трампа в свое кресло президента переговоры не проходили ни дня. Декорации там. Происходящее – это театр, театр абсурда, в котором Трамп то сидит в зале и говорит: «Я зритель», то выбегает на сцену: «Я режиссер, сейчас я вам расскажу, что куда», то периодически еще пытается сыграть роль примы и сам выступать на сцене, а потом зал аплодировать себе и!
Все визиты – это максимум консультации. Каков их юридический статус? Каков их нормативно-дипломатический статус? И никакой. Какие обязывающие элементы? Никакой. Какие гарантирующие элементы? Никакой.
Возьмем весь корпус дизайна этого так называемого переговорного процесса и мы можем увидеть, что это тень переговоров. Там нет базовых элементов, которые необходимы для того, чтобы вообще что-то можно было назвать переговорами.
В конце концов, их успехи на Ближнем Востоке по Израилю, Ирану, Палестине и всему процессу вокруг мы уже видели от кагалы Кушнера. Поигрались той игрушкой, сломали и взялись за новую в русско-украинской войне. И эту уже доламывают.
Каков опасный сценарий завершения войны
По данным Украинской правды, Киев хочет сместить фокус переговоров с Донбасса на будущую архитектуру европейской безопасности. У меня вопрос: способно ли такое изменение правил игры разрушить российскую переговорную стратегию? Ну, то есть чтобы прекратились уже эти разговоры исключительно о Донбассе и сместить фокус внимания все-таки на архитектуру европейской безопасности будущую.
Здесь нужно опять же немного «мух от котлет» разделить. Вопрос европейской безопасности был поднят Россией, потому что ту конструкцию обеспечения безопасности, которая строилась на романтическом представлении с двадцатого века, такому ожилому со страниц Дюма «Трех мушкетеров» – «Один за всех и все за одного», идея, лежавшая в основе НАТО и т.п., она посыпалась.
России удалось де-факто победить идею трансатлантического единства, напав на нее там, где ее не было, в Украине. Бьют здесь, а капитулируют там. Но так работает глобализированный мир. Идею можно убить даже не там, где она формально присутствует. Ее можно убить там, где она есть, даже неформально. А Украина оставалась величайшим романтиком, евроатлантистом в Европе. И унижение в Украине идей, на которых базируется именно НАТО, выбило основы из-под ног и фактически заставило разочароваться в действенности НАТО даже без прямой проверки.
А дальше Трамп, решивший полностью завалить НАТО… Не Путин его убил. НАТО убил и трансатлантическое доверие, которое теперь поколениями восстанавливать будут электоральными. Это не изменится даже при следующей каденции, а возможно, и даже несколько каденций политиков не изменится ситуация. Доверия трансатлантического не будет.
Так в этих условиях мы имеем ситуацию, когда система, которая по крайней мере иллюзорно обеспечивала европейскую безопасность, она посыпалась. На замену ей должно прийти что-нибудь.
Россияне пытаются провести эту ревизию, включившись в этот процесс, сказав: «Мы сейчас вот силой и российским ботом будем определять контуры и очертания европейской коллективной системы безопасности. Вы о нас будете ее согласовывать с нами».
Украина сдерживает этот процесс , и России не дает достичь успехов не только в захвате Украины, не только в провокациях по отношению к другим, но и в том, чтобы Россия была определяющим фактором того, какой должна быть архитектура, кому расширяться, кому не расширяться, сколько войск иметь, не иметь, куда ерзать, куда нет, где зоны влияния.
Эти представления родом из глубокого и дремучего прошлого, которые Россия пытается навязать в виде мира, построенного на праве силы.
Для этого этот диалог, он необходим. Но диалог не с Россией. Это диалог, в котором Европа, шире Европейского Союза, должна договориться, еще и отыгрывая, для того, чтобы обеспечить этот контур.
А геополитическая субъектность достигается только благодаря тому, как ты наружу взаимодействуешь с внешним контуром, потому что себе можно внутри наглушить чего угодно. Поэтому в этой системе необходима Канада, Япония, нужна Океания, Африка и т.д. Роль Европы по отношению к ним, повестка дня, которая здесь развернется, и Украина является неотъемлемой частью этой архитектуры.
Поэтому этот диалог необходим, потому что завершение российско-украинской войны не может произойти в отрыве от формирования системы коллективной безопасности. Иначе любая заморозка, любое недозавершение российско-украинской войны приведет к тому, что будет хромать вся европейская безопасность, и это произойдет за счет европейской безопасности.
Для нас, для Украины, это значит за счет наших тылов, и мы будем все время с головой на 180 градусов назад ждать, не взбунтуется ли что-то где-то в Европе, не сломается, и у нас фланги откроются. А с другой стороны, это будет означать, что наша война перейдет в низкую интенсивность, любую другую, но она не завершится, и она гарантированно вернется реваншем русским, потому что они захотят реваншировать .
А нам нужно будет все время жить в режиме военного лагеря, ожидая этого реванша не завтра, да через год, через пять. Как сейчас только обострение очередное на Корейском полуострове сразу выкатываются гаубицы.
Потому что огневый вал, который обеспечивает Северная Корея, направлен на Сеул. Сеул находится прямо на границе делимитационной зоны, то есть зоны разведения. И там просто ствольной артиллерией можно уничтожить весь Сеул. И вот мы можем оказаться в такой ситуации, если не будет решен вопрос европейской безопасности.
И наоборот, любая договоренность здесь будет прецедентом для нее и шире. Но это не диалог с Россией, это не диалог со Штатами, это не диалог с Китаем.
Но формирование европейской системы коллективной безопасности и понимание субъектных позиций Европы – это возможность задать повестку дня, с которой потом можно будет говорить с Китаем, говорить с Россией, говорить со Штатами. Ну, с Россией говорить ясно, что через Украину силой. Это единственный доступный эффективный механизм для Европы и должен идти рядом с классической дипломатией.
Сейчас представители скандинавских стран, два лидера позвонили и пообщались с Путиным , донесли позицию европейскую для того, чтобы демонополизировать американский канал. Очень хорошо. Встретились с Украиной рядом, усилив нас на встрече с Виткоффом. Тем самым легитимизировали свою возможность быть в процессе и теперь выступили голосом в сторону России.
И таким образом для России появляется не один игрок с той стороны, а уже как минимум три игрока: один, с которым Россия не хочет говорить – Украина; один, с которым Россия хочет говорить, – Штаты; двое, с которыми Россия может говорить, но хорошего результата для нее не будет.
И апеллируя к метафорам и аналогиям, россияне же любят себя медведем называть. Как охотятся на медведей? Загоняют собаками. Против медведя невозможно выставить в лоб. Медведя нужно загонять.
И подозреваю, что то, что мы сейчас наблюдаем, это уже может быть начало истории о том, что россиянам придется играть на нескольких шахматных досках одновременно. Они любят переворачивать шахматные доски, любят одну конвертировать в другую. Когда с другой стороны сидит один игрок, а шахматные доски разные. А надо, чтобы сидело 5 – 7 игроков с согласованной игрой напротив России для того, чтобы они не успевали модерировать эти доски, для того чтобы у них накапливались проблемы на каждой из них.
Собственно этот процесс сейчас начинается, поэтому на этом фоне говорить о европейской коллективной безопасности для Украины это критически важно, это наш экзистенциальный интерес. Но это не о переговорах с Россией об этом, а о переговорах с нашими партнерами в Европе с тем, чтобы иметь надежный тыл, и с тем, чтобы говорить с Россией с позиции силы, а не с позиции уговора России к переговорам, как это делают Соединенные Штаты.
Почему Трамп не может дать Путину то, что он хочет
The Economist пишет, что американцы предлагают Москве смягчение санкций, экономические соглашения и даже возобновление Северного потока. У меня вопрос: не рискуем ли мы получить ситуацию, когда Путин начнет получать дивиденды от мира еще до того, как согласится прекратить войну?
Вообще проведение переговоров с Россией без прекращения огня – это большой дипломатический провал, который был допущен коллективным Западом, кто бы себя туда не относил и кто бы в нем ни был.
Штаты сделали эту великую «подляную» всем, потому что без перехвата эскалационной инициативы у агрессора идти на переговоры – это либо тешить себя иллюзиями безответственно, либо предавать себя и партнеров.
Почему? Если агрессор продолжает держать эскалационную инициативу, он решает, как стреляет, сколько стреляет, какой интенсивностью стреляет, где атакует, где наоборот сейчас может не атаковать.
Соответственно, вы идете на переговоры с террористом, когда он держит заложников и стреляет по вам, а вы обезоружены, а он не окружен, он может пойти куда угодно. Напротив, на переговоры с террористом можно идти только тогда, когда вы перехватили эскалационную инициативу.
Он понимает, что он находится на прицеле. Он понимает, что любой его шаг будет еще хуже, если он попытается эскалировать. Тогда переговоры являются альтернативой силовому решению, но они должны быть альтернативой силовому решению. И для этого силовое решение должно существовать.
А если переговоры начинают с того, что отвергаем силовое решение и силовое решение оставляем агрессору, он контролирует эскалационную инициативу, тогда получается, что мы умоляем о переговорах, и агрессор говорит: «Ну да вы слабы, вы хотите переговоров».
Бытово невозможно отбиться от собаки бешеной, которая на тебя нападает, уговаривая собаку: «Не нападай». Вы берете палку и бьете. А если вы боитесь причинить боль этой собаке и каждый раз махнули палкой где-то рядом, говорите: «Ну я же в следующий раз ударю, я же буду бить» и т.д., то на очередной раз это уже несерьезно воспринимается, потому что собака прекрасно понимает: не ударите.
Россияне – это бешеные. Они понимают только язык силы. А переговоры строились в конструкции, когда мы отказываемся от силы, но идем «поговорить». Да не работает.
И все же, если при такой конструкции все будет дальше развиваться, может ли Путин получить все эти «плюшки», которые были перечислены The Economist?
Отвечая прямо на статью The Economist, нет, он не получит этих плюшек. Но Путин выигрывает другое – он выигрывает время .
Вместо того чтобы круг вокруг него сужался, он замирает, немного ослабляется, немного снова пульсирует. И он это может продавать как внутри России, как то, что смотрите, я вам говорил, что они первые сломаются. Они моргнут, а не мы. Как с Крымом: никто не верил, а я сделал. Видите, и здесь так будет.
Вот сейчас в Штатах гражданская война начнется и мы одной левой Украину возьмем. Не получится. Затем он скажет: «Вот сейчас, весной, к лету мы добавим Украину, потому что выборы во Франции, вот на выборах Ле Пен придет, и мы Украину теперь одной правой». И так они живут уже несколько лет.
И предлагаемые «плюшки» их реализовать невозможно. У Трампа нет возможности реализовать «Северный поток» разблокировать. Трамп будет это решать? Смешно. Скажите это Германии.
Может, ультраправые придут, AFD, и это сделает в Германии. Трамп еще пару раз с Маском поддержат их и их рейтинги еще ниже пойдут в Европе. Этот иудов поцелуй из-за океана уже хорошо известен в Европе. Орбан может рассказать, если кому интересно.
Они снимут санкции с российского дизеля, как сейчас, нефти, газа, всего прочего? Они с дизеля попробовали вот в таком объеме, на 60 дней только отсрочкой. И Трампу прилетело в голову с прямой подачи.
Что сказала часть американских парламентариев? У нас на этой неделе был прецедент. Впервые за эту каденцию Трампа парламент выкрутил ему руки, и не только руки, а все причинные места.
А парламентарии от Республиканской партии очень толсто и понятно намекнули Трампу, что они не проголосуют ни за кадровое решение, если не будет восстановлена поддержка Украины. И Маск разродился этим рядом твитов, и Трампу персонально пришлось говорить, что не было там проблем с разными данными. Ну, если были, уже решено. В любом случае, теперь проблем никаких точно нет.
Почему? Потому что кроме того, как завершатся выборы, в этот период после них два месяца еще функционирует нынешний состав палат, и Трамп команда хочет протянуть кадровые решения в этот период, все возможные кресла, которые только возможно занять своими людьми. А если их депутаты отказываются голосовать в этот период, то этот план у них накрывается медным тазом.
Соответственно, Трампу пришлось откручивать все эти решения, потому что это очень тяжелый удар. Так что он дальше? Что-то другое хочет с России снять санкции? Я, конечно, в интеллектуальных способностях Трампа мог бы сомневаться, но в инстинкте самосохранения, думаю, нет.
А если и говорить о понимании этой ситуации, то оно на уровне дрессуры. Полезли – ударили. Я думаю, что здесь должно было дойти уже до всех.
Чего Путин ждет от американских промежуточных выборов?
Дестабилизация Соединенных Штатов. И Россия будет прилагаться к этому по максимуму. Я уверен, что Россия будет дестабилизировать Штаты, и в частности это может продавать Китаю, потому что таким образом Китай может выиграть из этой ситуации, не замазавшись сам.
У россиян гораздо больше механизмов и инструментов для дестабилизации ситуации в Штатах. Один вон оружие массового телевизионного поражения Такер Карлсон чего стоит. А таковых там еще есть в России. И руки развязаны в России, а что им еще сделают? Все уже произошло, называется.
Почему не стоит радоваться иллюзиям относительно гарантий безопасности
Когда снова появился вот этот призрак, я бы сказал так, переговоров, переговорного процесса, начали говорить о гарантиях безопасности разнообразны. Аналог там, пятой статьи и так далее. Ты веришь вообще на данном этапе в какие гарантии безопасности реальные, подписанные на бумаге для Украины? И кто их вообще должен будет подписать?
Я не верю ни в какие гарантии безопасности. Я верю только в гарантирование способности Украины к сопротивлению, победе и обеспечению своей безопасности.
Любые гарантии безопасности на сегодняшний день – это не гарантии воевать за нас. Не верю. Это будет зависеть от политической ситуации в стране, дающей такие гарантии. Послезавтра она изменится. И что придет условная Ле Пен во Франции, и она будет выполнять такие гарантии? Или потом что, посадят, что она не выполнила этого? Давайте не тешить себя иллюзиями.
Чехословакии в свое время очень помогли гарантии, которые у нее были от Советского Союза и Британии. Тем не менее, Гитлер пришел, отобрал часть территории Судеты, и все закрыли на это глаза и устроили мюнхенское чаепитие.
Поэтому в периоды, когда мировой порядок трещит по швам, период разбрасывания камней, а не уборка. Говорить о каких-то гарантиях – это либо нужно быть дураками, либо я даже не знаю, насколько нужно быть наивными, что это будет равно глупости. Не верю в это.
Это интервью было сокращено, исправлено и отредактировано для лучшего понимания аудиторией.
